Главный ежегодный архитектурный выставочный форум Сергея Зеленцова АРХ МОСКВА завершил свою работу в столичном Гостином дворе. Тема выставки этого года – «Выгода», и вокруг этой темы сосредоточен практически весь бизнес-проект. «Стройгазета» тоже не стоит сложа руки и проводит традиционный круглый стол «Преимущества инноваций: современные конструкции и строительные материалы и технологические решения и их внедрение на строительных объектах».
Игроки — девелоперская компания ПИК, проектная компания WildTeam, производитель инновационных строительных металлоконструкций «Северсталь», компания «СМП», архитектурное агентство UNK design и MAD Architects — ищут решения следующих задач: обеспечение защиты недвижимости во время строительства никогда не выйдет из моды. Кейсы включают инновационные методы работы на строительных объектах, использование современных материалов, оптимизацию строительных процессов и проектных решений.
Тон дискуссии задал модератор конференции — независимый обозреватель рынка недвижимости и автор строительной газеты Антон Мастренков, который обозначил главную задачу современности — поиск инновационных технологических решений, позволяющих строить лучше, быстрее, красивее, качественнее, делают городскую жизнь комфортнее и удовлетворяют конечного потребителя – горожан.
Рассчитаем.. и дальше продолжим самостоятельно
Встречу открыл Денис Букарев, руководитель отдела технического развития продукции ПИК, который предложил вспомнить весну 2022 года. На тот момент в компании остро осознавали, что с российского рынка ушли более 50 производителей различных материалов и оборудования, в том числе лифтов. Логистические цепочки были нарушены, ничего нельзя было доставить по суше из Европы, а авиасообщение с Западом было прекращено. Эта ситуация привела к аномальному росту внутренних цен на материалы: некоторые выросли на 10%, некоторые — на 15%, а некоторые — более чем на 200% в одно мгновение. Соответственно, выросли и цены на строительство за квадратный метр.
Количество импортных материалов, используемых при строительстве, зависит от класса здания. Для проектов комфорт-класса с небольшой импортной составляющей такая ситуация наименее болезненна по сравнению с более «импортоемкими» секторами недвижимости (бизнес-класс и элитный класс.
С математической точки зрения проблема кажется небольшой — около 5% импортных запчастей нуждаются в заменителях, но их покупателям приходится очень много работать, налаживая новые цепочки, находя новых производителей, ведя переговоры, выписывая Гарантию и т.д. Пример — Лифт. «Предположим, мы производим свой лифт, у нас есть своя машина, свои двери, противовесы, но у лифта есть плата управления лифтом, которая является одним из элементов, которые невозможно заменить сразу: никто не знает, как их делать. Такие. На верхних этажах установлены лифты. С подобными ситуациями сталкивались не только мы, другие застройщики», — подчеркнул Денис Букарев и выделил основные направления решения этой проблемы: через сотрудничество с Ираном, Казахстаном, Китаем, Турцией и другими. Параллельный импорт из стран-партнеров в Россию помогают справиться с логистическими трудностями; создание запасов материалов во избежание остановки строительства при переговорах с новыми поставщиками; максимальная «заводская сборка» — использование готовых комплектующих, произведенных на заводах, для сокращения сроков строительства.
Затраты на строительство выросли из-за роста цен на материалы: цены на ламинат выросли на 15%, цены на бетон выросли на 20% (10-20% стоимости всего дома), подорожали трубы и насосное оборудование. «Если бы мы закупили материалы по таким ценам, наш дом стоил бы примерно вдвое, что убило бы экономику проекта. Люди не потерпят такого поведения, по крайней мере, оно будет неприятно всем», — заявил Денис Букарев.
К концу лета пик ситуации миновал, к сентябрю уже было очевидно, что общие затраты выросли не в два раза, а гораздо меньше. Сегодня можно сказать, что ситуация благоприятна для российских производителей, которые действуют инициативно и активно развиваются. Например, деревья и кустарники. «Немало верфей используют крупное оборудование, закупленное в Германии. Сейчас мы полностью переориентировались на наши питомники. Сами они тоже сильно изменились, с увеличенными посадочными площадями и существенным увеличением сорта. С 2022 года мы получили более 12 000 деревьев и почти 1 миллион кустарников. Конечно, их посадка требует времени и необходимо разнообразить сорта», — поделился Денис Букарев. Такое же замещение произошло и в малых строительных формах (МСФ): раньше большую их часть компания получала из-за границы, а теперь обратилась к отечественным поставщикам.
Если сталь ржавеет, значит, она кому-то нужна
Материалы для ремонта — болевая точка для любого застройщика. Сегодня российские производители успешно заменяют импортные материалы отечественными, имеющими аналогичные характеристики и качество. Типичным продуктом является атмосферостойкая сталь Forcera производства ЧерМК компании «Северсталь», идентичная популярной финской стали Cor-ten. Спортивно-развлекательный комплекс в ЖК «ВЕРЕН ДЕРЕВНЯ Стрельна» в Санкт-Петербурге, памятники «Город трудового мужества» в Екатеринбурге и Нижнем Новгороде, строящаяся школа музыкального и драматического искусства, филиал Российской государственной академии в Калининской Академии Художеств имени Гуллы – это пример использования российских материалов. «Мы уже давно работаем с отечественной кортеновой сталью Forcera, используя ее для производства широкого спектра продукции – от фасадов до малых форм и элементов интерьера, и спрос только растет», – говорит управляющий директор компании Александр Пролетарский. Корпорация СМП (бренды Steelmasters и CorLab). VEREN VILLAGE Жилой комплекс «Стрельна» ФОК уникален тем, что в его производстве используется российская и финская сталь. «Это комплексная проверка», — прокомментировал Александр Пролетарский. «Многие архитекторы говорят, что со временем различия становятся все более очевидными, в ущерб зарубежной продукции».
Постоянно появляются новые продукты – недавно «Северсталь» освоила производство атмосферостойкой стали с толщиной стального листа всего 0,7 мм, которая используется для изготовления фальцевых кровель в проектах в скандинавском стиле. Реализуются и другие интересные проекты. Например, продукция Forcera используется в геопластике – украшениях, скамейках – в общественном центре Казани, в историческом геопарке Башкирии, на родине национального героя Саравата Юлаева. Эксперты пока не раскрыли всех тайн: открытие Салават Ленд-парка запланировано на июнь. Интересна также работа в Калининграде, где компания работает уже давно – на острове Канта сталью декорируют подпорные стенки, клумбы и скамейки. Даже торговые автоматы сделаны из красного металла. Опоры моста, которые сейчас строятся, также будут украшены сеткой из атмосферостойкой стали PVL – это первый объект, в котором будет использоваться стальная сетка из атмосферостойкой стали.
Чтобы ответить на вопрос, что лучше, европейская сталь или отечественная, «Северсталь» протестировала кор-тен и Форсеру в камере солевого тумана, рассказал Алексей Староверов, эксперт направления инновационных продуктов «Северстали». Результат: состав стали Forcera повышает производительность. «По мере образования патины потери металла из-за коррозии сокращаются более чем наполовину. Таким образом, большая часть металла в Forcera остается «живым» и защищенным, пока патина стабилизируется», — объясняет он.
BIM за столом переговоров
Вопросы импортозамещения актуальны и для развития цифровых технологий, особенно при их перемещении из девелоперских офисов на строительные площадки. О том, как решить эту проблему, рассказывает Мария Болдырева, генеральный директор дизайнерской фирмы WildTeam.
Как сделать так, чтобы цифровые решения для всех участников строительного процесса помогали друг другу, а не мешали? На любой строительной площадке работает множество людей: проектировщики разного уровня, заказчики (инвесторы, застройщики, заказчики), строители и подрядчики.
«Предполагается, — говорит Мария Болдырева, — что всем участникам доступны невероятные технологии, которые позволяют им совершенствовать свою работу. Для дизайнеров это внутренние стандарты, шаблоны, плагины, скрипты, а также автоматизация отдельных проектов. Методы работы». Для строителей это, скорее всего, какая-то автоматизированная система документооборота, различные средства контроля поставок и закупок и другие вещи, связанные с контролем сроков или планированием ресурсов. Для клиентов — это автоматизированные системы контроля сроков, бюджетов строительства, различные автоматизированные системы для расчета строительно-монтажных работ и многое другое».
Когда все технологии игроков рассматриваются индивидуально, элементы цифровизации вступают в игру, но решают свои собственные внутренние проблемы. Однако стоит им встретиться в одном месте, как возникает путаница — эти системы не могут быть интегрированы друг с другом просто потому, что все компании разрабатывают внутренние цифровые инструменты исключительно для себя, для своих бизнес-процессов.
Для решения этого вопроса Мария Болдырева предлагает ряд возможностей. Технология должна обеспечивать плавное внедрение от проектирования до установки. Например — дизайнеры придумали невероятные скрипты, которые автоматически расставляют колонны каркаса наилучшим, энергоемким, материалоемким способом и моментально отправляют чертежи на завод.
«Сама по себе разработка была великолепной и прекрасной научной работой, но заказчику она точно не понадобилась, потому что он привык к стандартным этапам строительства и хотел большепролетных конструкций, а завод, с которым он работал, специализировался на работе с бумажными чертежами, отличная разработка была потрачена впустую, потому что технология не была беспрепятственно внедрена между различными потребителями и участниками строительного цикла.
Использование тех или иных технологий должно быть абсолютно прозрачным и понятным для всех сторон и участников процесса.
«Этот пример вымышленный, но показательный. Предположим, клиент хочет полностью цифровой проект и он публикует техническое задание с учетом этого: BIM-проект, автоматический расчет сметы, контроль сроков и этапов монтажа с помощью BIM-моделей. Клиент конкурировал за долго искали проектировщика и генподрядчика, но оба молчали о своих способностях. Конечно, проектировщик умел сделать проект с необходимой детализацией — но не во всех частях — но не по шаблону; потребности заказчика. Строители, конечно, обычно тоже отдают предпочтение цифрам, но в основном требуются только бумажные чертежи с графиком работ», — описывает ситуацию Мария Болдырева.
Вывод таков: способность каждого участника использовать технологии чрезвычайно важна, поскольку в противном случае программа не сможет снова работать, какими бы хорошими ни были отдельные компании.
Автоматизация должна быть очень простой и незаметной для всех пользователей: если ее создание требует много времени и усилий (больше, чем ручной труд), то в ней нет смысла. Технология сама по себе не обеспечивает никакой добавленной стоимости: нет необходимости создавать технологию ради технологии.
Мария Болдырева описывает другой случай: «Однажды мы проектировали дата-центр для крупной российской IT-компании. Клиент-перфекционист потребовал реализовать план точно по модели. Мы работали без автоматизации работа, не придумав стандарта или шаблона, справились. Однажды мы заперлись в сарае строительного городка вместе со строителем и заказчиком и подумали, как можно сделать это вместе, как команда. Проблема решилась очень просто. : Мы прочитали бригадирам серию лекций, объяснили им, как пользоваться BIM-инструментами, установили на стройке несколько компьютеров, и оказалось, что прорабы были очень толковыми и при этом у них все прошло гладко мы не использовали никаких супертехнических решений, все решалось за столом переговоров, и три стороны процесса сели и договорились, как это сделать».
Поэтому, по мнению экспертов, единственное, что сейчас мешает внедрению технологии, — это отсутствие прозрачного и продуктивного диалога между всеми участниками процесса.
архитектурный пейзаж
Для архитекторов, как людей творческих, вопрос импортозамещения также является значимым. В постоянно меняющихся условиях они ищут поддержку творчества в исторических контекстах и национальных традициях, переосмысливают их в сочетании с сегодняшним днем, использованием современных материалов и потребностями городов и общества.
Марина Димова, руководитель UNK design, и Мария Николаева, руководитель архитектурного бюро MAD, представили два интересных кейса.
Архитектурное бюро UNK недавно сменило адрес: новое место расположения компании — Шервудская городская усадьба на Малой Калужской, 15 — историческое здание, объект культурного наследия. Фасад здания был тщательно отреставрирован по цветовой палитре, задуманной архитектором Николаем Бутусовым сто лет назад. Реставрация здания и работы по приспособлению его под офисы компании проводились в непростой 2022 год. «Наш бюджет сразу рухнул, но мы знали, что пути назад для нас нет: это наше здание, и мы хотим сюда переехать», — сказала Марина Димова. Первоначальная идея заключалась в том, чтобы сохранить красивый внешний вид здания, но создать современный минималистичный интерьер внутри. При этом работа ведется под строгим контролем столичного управления культурного наследия, с которым согласовываются все решения. Все стены закруглены под полукруглые исторические своды – поэтому внутри нет ни одного прямого угла.
Была решена и проблема импортозамещения – в отделке использовались только российские материалы, в том числе фарфор. Мебель также поставляется от российских производителей. В здании полы с подогревом, но нет отопления, чтобы максимально сохранить интерьер особняка, который получился очень нейтральным, но в то же время комфортным, современным и «европейским».
Фирменный цвет компании – красный. Для ее поддержки возле лестницы здание установило красные перила, причем установлены исторические перила – они были найдены в подвале.
Подвал также приобретает новое предназначение – здесь создается пространство, которое можно использовать как общественное пространство – для организации выставок, лекций и семинаров. «В процессе проектирования мы прорисовали множество сценариев использования», — подчеркивает Марина Димова.
«Русская идея» проявляется и в работах MAD Architects. Мария Николаева, вернувшаяся в свою страну два года назад, напомнила, что 2022 год стал временем реализации Российского архитектурного бюро и архитектурных идей. «С февраля 2022 года большое количество зарубежных архитектурных бюро, занимавшихся дизайн-проектами, ушли с рынка. Для нас, сообщества российских и белорусских архитекторов, это стало вызовом с одной стороны, и новыми возможностями – с другой. «, — отметила она. В то же время современные российские архитекторы накопили многолетний опыт сотрудничества со своими европейскими коллегами.
Бизнес-центр «Фактория» — образец национальной идентичности и европейского опыта. До своего «возрождения» это была шелковопрядильная фабрика конца XIX века с 17 многоэтажными зданиями, пришедшими в упадок. Кроме того, разные здания требовали «идеологического единства», которого архитекторы добились, введя входные группы и спроектировав МАФ. «Этот проект полностью производится российской армией, поэтому однозначно можно говорить об активном импортозамещении в отрасли», — подчеркнула Мария Николаева. По ее мнению, определенную местную историю необходимо развивать во всех аспектах, в том числе через посадку местных растений и трав в ландшафтном дизайне. Архитекторы считают, что такой подход обеспечивает устойчивость, то есть устойчивость и стабильность, с одной стороны, а с другой — использование важной для насекомых и птиц местной флоры, чтобы окружающая среда оставалась для них естественной.
С точки зрения дальнейшего использования использование местных растений также оправдано: они хорошо переносят зиму, не требуют частой замены, за ними легко ухаживать. Таким образом, растения не только восстанавливают внешний вид здания, но и придают ему местный характер и связь с историческим контекстом.
